Мамочка! Колонка Роксаны Рублевской о том, каково это: когда ты родила, а вокруг — Украина. Серия пятая: врачи

Автор:
Роксана Рублевская
Редактор:
Глеб Гусев
Дата:
Мамочка! Колонка Роксаны Рублевской о том, каково это: когда ты родила, а вокруг — Украина. Серия пятая: врачи

Юлия Вебер / «Бабель»

Журналистка Роксана Рублевская пришла работать в «Бабель» в июле 2019 года на должность корреспондента отдела «Культура». Ей приходилось писать о Голодоморе, украинском рэпе и писателе Василии Шкляре. В декабре Роксана уволилась. А в августе 2020 года у нее родился сын — после чего Роксана убедилась, что ничто из пережитого ею в редакции «Бабеля» (включая украинский рэп и писателя Василия Шкляра) не идет ни в какое сравнение с тем, что переживает молодая мама. Она возвращается к нам, чтобы рассказать о том, каково это: когда ты родила, а вокруг — Украина. История Роксаны будет выходить на «Бабеле» каждый четверг — вот пятая серия.

Государственному агентству по развитию туризма нужно разработать новую концепцию отдыха — мистический туризм. А в список геопатогенных зон, пригодных для экскурсий, необходимо включить места, в которых мистическим образом исчезают деньги. Кабинет остеопата, например.

Этого чудо-специалиста, который за золото шумеров лечит абсолютно все, посоветовала моя знакомая. «После остеопата вздохнешь полной грудью, а если даже и нет, то поспишь у приятного мужчины на кушетке». Аргумент казался железным. За сон в первый год материнства можно платить любые деньги.

Врач, приветливый парень лет тридцати пяти, начал знакомство с рассказа о том, что остеопатия — это чудо. Такое же как бабуин Джекки, который в Первую мировую войну дослужился до должности капрала. Начало было положено. Я выложила МРТ-снимок на стол, где лежали несколько чужих снимков. Остеопат так увлёкся историей про бабуина Джекки, что сложил снимки стопкой, а потом взял один из них и спросил: «Ваш?» Да кто ж знает. Это для остеопата эти снимки, как дети, каждый со своим характером и выражением лица. А я их не различаю.

Повисла неловкая пауза. Врач еще раз всмотрелся в снимок.

— Итак... Тазобедренный сустав беспокоит?
— Спина.
— И лодыжка?
— Лодыжка пока держит удар.

Дальше остеопат предложил пройти психологический тест — мол, все проблемы от нервов. Варианты ответов выглядели приблизительно так. «Последние три месяца ты предпочитаешь слушать Depeche Mode, рыдая в темноте и одиночестве? Или, напротив, в кокаиновом экстазе играешь на баяне в окружении 70 близких друзей?» По ответам остеопат диагностировал подавленность и приступил к работе.

Сеанс выглядел странно даже для людей, видевших рептилоидов в реке Иртыш. Врач возлагал руки на спину в местах прикрепления мышц и замирал. Этот спектакль продолжался минут сорок. Все это время остеопат совершал действия, которые сложно даже назвать «контактными». В конкурсе у Кашпировского он определенно получил бы первое место и стакан заряженной воды.

— Как вы себя чувствуете? — спросил остеопат, изможденно опустившись в кресло.
— Как человек, который только что лишился 100 долларов.
— А сейчас? — врач встал и снова, но уже недовольно, возложил руки на ключицы и закрыл глаза.
— Точно также, но теперь с небольшим чувством вины.
— Мы отлично поработали! Сегодня может тошнить!
— Только от моей жадности.

Когда пришло время оплачивать визит, мне почему-то захотелось скандала. Такого, чтобы в ходе перепалки прострелить остеопату ногу. Но администратор, как талантливая хранительница очага, меня осадила. «Милая, зачем вам столько негативных эмоций? Микробы не липнут, если говоришь им: «Я не принимаю ничего плохого в свою жизнь». Где бы еще я научилась разговаривать с микробами? Потраченные деньги были ничем иным, как инвестицией в благополучное будущее.

По дороге домой я читала про бабуина Джекки, который в одной из боевых операций потерял ногу. Осколочное ранение. В этот момент я вдруг поняла, что еще дешево отделалась. От радости мне стало легче, спина перестала болеть. Остеопатия — это таки чудо, не иначе.