Мамочка! Колонка Роксаны Рублевской о том, каково это: когда ты родила, а вокруг — Украина. Серия первая: добрые советы

Автор:
Роксана Рублевская
Редактор:
Глеб Гусев
Дата:
Мамочка! Колонка Роксаны Рублевской о том, каково это: когда ты родила, а вокруг — Украина. Серия первая: добрые советы

Юлия Вебер / «Бабель»

Журналистка Роксана Рублевская пришла работать в «Бабель» в июле 2019 года на должность корреспондента отдела «Культура». Ей приходилось писать о Голодоморе, украинском рэпе и писателе Василии Шкляре. В декабре Роксана уволилась. А в августе 2020 года у нее родился сын — после чего Роксана убедилась, что ничто из пережитого ею в редакции «Бабеля» (включая украинский рэп и писателя Василия Шкляра) не идет ни в какое сравнение с тем, что переживает молодая мама. Она возвращается к нам, чтобы рассказать о том, каково это: когда ты родила, а вокруг — Украина. История Роксаны будет выходить на «Бабеле» каждый четверг — вот первая серия.

Пока ты беременна, ты никому не интересна.

Но стоит тебе размножиться, как у входной двери выстраивается очередь из людей, желающих прийти в гости. Пять процентов из них вполне адекватны, остальным хочется сказать, что в помещении обнаружили сибирскую язву и следующий визит возможен приблизительно никогда.

Обобщенный портрет нежеланного визитера (пол не имеет значения) выглядит следующим образом. Человек настойчивый, неприятно-оптимистичный. Степень близости — «сосед по даче». Познакомились случайно, но с тех пор крепко держит руку на пульсе твоей жизни. Насильно рассказывает деликатные подробности о себе. Поздравляет со всеми праздниками, включая Прощеное воскресенье и День ракетных войск и артиллерии. Твоим будущим родительством проникся давно, потому хочет видеть тебя сразу после родовой кушетки. Оценить, так сказать, ситуацию. После многочисленных отказов гость заявляется как бы случайно. «Шел из Харькова в Радомышль как раз мимо твоего дома на Кловской». В руках у него печенье. Бежать некуда.

Первым делом гость сообщает, что выглядишь ты паршиво, но это пройдет. Тетка его бабки вообще в тюрьме родила, а ресурсы нашего тела — безграничны. Так что не нужно тебе никаких особых условий, нечего себя нежить. Затем он открывает холодильник и ужасается тому, что, кроме сельдерея и твоих слез — там только лампочка, которая их освещает. Во взгляде читается немой вопрос: «Че, хату купили, а жрете как бедные?»

По уходу за ребенком у него тоже масса замечаний. «Орет он у тебя фальцетом как индийский павлин. Наверное, молока мало, не наедается. Кстати, мой товарищ козу продает. Меня вон на козьем молоке вообще вырастили. Там кальция столько, что я когда с крыши гаража упал, вмятина была только на асфальте. Кости — свинцовые».

Дальше гость учит тебя вещам первой необходимости. Как укачать ребенка под бурятские песни — они заодно развивают экстрасенсорные способности. Как съесть тушеного медведя в уксусе, но, чтоб в молоко не попало, запить его скипидаром. Как делать массаж, чтоб ребенок, когда вырастет, издалека чуял гаишников на дороге.

В какой-то момент твое терпение заканчивается, и ты мямлишь, что хочешь спать. Гость задумчиво садится в кресло, просит принести еще чаю, в абсолютной тишине съедает все принесенное с собой печенье и говорит: «Была у нас в гарнизоне одна история…» Через четыре часа, когда тебе кажется, что он истощился, гость допивает шестую чашку чая и оглашает: «Внимание! Танец!»

«А вообще, — заключает визитер на прощание, — ребенок как ребенок. Руки, ноги, голова. Ничего особенного. Ты, это, его не балуй лишний раз. А то Брежнев баловал дочку, так она потом в циркача-цыгана влюбилась. Тебе оно не надо».