В мае главой «Суспільного» (скорее всего) станет Николай Чернотицкий. У него реально есть поддержка Зураба Аласании и номинально 2 млрд гривен. Каких еще реформ ему не хватает — интервью

Автор:
Евгений Спирин
Редактор:
Катерина Коберник
Дата:

Сергей Моргунов / «Бабель»

До 1 мая наблюдательный совет национального общественного вещателя «Суспільне» должен избрать нового главу правления. У предыдущего ― Зураба Аласании — заканчивается контракт. На конкурс подали документы 15 претендентов. Главный среди них — нынешний член правления Николай Чернотицкий. Он уже был исполняющим обязанности главы в 2019 году, когда с Аласанией досрочно разорвали контракт. Чернотицкий начал работать, еще когда НТКУ не была «Суспільним» — в 2014 году. Отделению в Сумах, которым он руководил, удалось первому среди 24 филиалов после реформирования наладить работу по стандартам. После этого Зураб пригласил его в Киев работать в правлении, где Чернотицкий отвечал за регионы. Несмотря на реформу, вещателю ни разу не выделили из бюджета необходимые 2,2 миллиарда гривен в год. Все эти годы Аласания яростно спорил с властью о том, что для «Суспільного» важнее: власть говорила — рейтинги, Зураб — миссия. Чтобы продолжить реформы, Чернотицкий пошел учиться на МВА, собрал команду единомышленников и вместе с ними написал программу развития на ближайшие четыре года. Главный редактор «Бабеля» встретился с Чернотицким, чтобы обсудить детали нового большого плана, узнать, сколько будут стоить реформы и когда вырастут рейтинги канала «UA: Перший» — главного канала «Суспільного».

Команда

Ты написал пост, что будешь баллотироваться на должность главы правления. В посте упомянул пять человек. Это команда, которую ты видишь в правлении. Кто за что в ней отвечает и почему именно эти люди?

Мы несколько лет работаем вместе. Знаем сильные и слабые стороны друг друга, знаем, что нам делать дальше. Ярослав Лодыгин отвечает за телек. Дима Хоркин отвечает за радио. Татьяна Кисельчук будет отвечать за диджитал и новости. Родион Кочубей отвечает за операционку. Инна Гребенюк отвечает за стратегии, коммуникации, GR, юридические вопросы.

Хоркин, Лодыгин, Кисельчук и Гребенюк давно с тобой работают. А кто такой Родион Кочубей?

Кандидат экономических наук, владелец издательства «Университетская книга» в Сумах, мой бывший коллега и давний знакомый. У него большой опыт в операционной деятельности, и я бы хотел, чтобы он применил его в нашей компании.

Знакомый из Сум. А почему не нынешний финансовый директор Лилия Стиренко? Она давно работает в компании.

Ее раз уже шеф [Зураб Аласания] подавал [как кандидата в члены правления] в сентябре 2019 года. Она не прошла. Она занимает пост финдиректора и на нем она очень эффективна. Для компании будет полезно, чтобы на внутренние процессы посмотрел человек не из компании — ему будет видно все под другим углом, и он сможет работать более эффективно.

У каждого кандидата на главу правления должна быть стратегия развития компании. Что у тебя в ней написано?

Это называется «Программа развития». То, какие результаты через четыре года я готов предоставить, и фокус, под которым я вижу дальнейшее развитие компании.

И какой у тебя фокус?

Фокуса два. Первый — это качественные новости, а второй — производство контента по принципу digital first.

Ты имеешь в виду качественные теленовости?

Все новости на всех платформах. Теле, радио и диджитал — это способы доставки новостей до нашего потребителя.

Ты говоришь digital first. У вас сейчас очень хорошие показатели посещаемости новостного сайта ― четыре миллиона уникальных пользователей. Сколько человек в команде, кто реально его делает?

Я точную цифру не скажу, там несколько десятков ребят, которые сидят в центральном офисе. По четыре человека на диджитале в каждом филиале. Диджитал новостной хорошо разросся. Это та история, которая будет только наращивать потенциал.

Сергей Моргунов / «Бабель»

Рейтинги

Когда вы постите отчеты о том, сколько вас посмотрели и почитали, то кажется, что вы смешали охват из Facebook с долей в телевизоре и добавили туда количество пользователей Telegram. Многие не понимают.

Андрей Боборыкин, директор по цифровому маркетингу, может разложить каждую цифру до запчастей. Я думаю, что тут лучше с ним.

Ты в посте написал: «Мы сделали все, что задумывали». Тебе кажется, что за четыре года работы на «Суспільному» вы все реализовали, добились, чего хотели?

По большинству направлений, наверное, да. Можно ли сделать еще эффективнее при таких исходных данных? Может быть. Но было много разных факторов [которые мешали]: недофинансирование, увольнение Зураба. Вообще, вспомните что было на канале «UA: Перший» в 2013 году. Вспомните, что было в 2015-м, и посмотрите, что сейчас. Я помню закупной бюджет компании на контент в 2017 году, это было несколько сотен тысяч гривен на весь «UA: Перший». Как из спичек и желудей сделать контент и сетку? Сейчас эта сумма другая — несколько десятков миллионов гривен.

Да, сумма увеличилась. Я читал материалы разных СМИ про «Суспільне», один из заголовков был такой: «Дают много денег, и никто не смотрит».

К сожалению, все продолжают думать, что «Суспільне» — это только «UA: Перший» и больше ничего. Но это еще и радио, это диджитал, это регионы. А еще это набор неэффективных, энергозатратных помещений 1960—1970-х годов. Тот же «карандаш», который ест сумасшедшие деньги только на одно содержание. Но, если сравнивать бюджет «UA: Першого» и того же канала «Дом», то у «UA: Першого» бюджет меньше.

На содержание «карандаша» уходит много денег. Конечно, построить такую башню с двумя батареями внизу, надо было изощриться. Может, все это нужно продать и переехать?

Нам же по закону запрещено отчуждать имущество. Вот тебе «счастье» — и живи с ним.

Вы сдаете помещения в аренду. Помню, в 2018 году — заходишь на работу, а там ларек с колбасой сразу на входе.

Вот видишь! Это же здорово! В регионах мы много помещений сдаем в аренду. У нас доходы от аренды растут. Ненамного, но вот по прошлому году это было порядка 20 миллионов гривен. Снимает VeteranHub, например, есть какие-то адвокаты в регионах. Во Львове вообще Высокий Замок, замечательно — художественные студии, детские музыкальные кружки.

Вернемся к бюджету. Какой он у канала?

Я подсчитывал по прошлому году, порядка 250—270 миллионов гривен. Это вообще на все: зарплаты, трансляции, контент, небольшой аутсорс.

У вас очень классно взлетело радио, диджитал взлетел, а телевидение так и не взлетело.

Телевизор дороже, требует больше времени и больше ресурсов.

Например, ты становишься главой правления, сколько тебе нужно ресурсов, чтобы телевизор взлетел? Чтобы выросла доля. Какая она сейчас?

Объективно честно: «UA: Перший» никогда не войдет в топ-6 телеканалов. Это невозможно. Телеканал «Украина» за 14 лет стал первым. Это при том, что имел большие гибкие ресурсы и не имел тех процедур, которые есть у нас. Тем более, еще большой вопрос, что будет с теликом через десять лет?

В топ-6 не войдет. Но член правления Ярослав Лодыгин говорил, что вы собираетесь снимать сериалы, как у Netflix и Amazon.

У нас в феврале была хорошая встреча с крупными продакшенами — с Film.ua, «плюсами». Мы обсуждали сотрудничество. Оказалось, что для этого надо внести изменения в постановления Кабмина. Сегодня закон такой: чтобы компании сделать с нами ко-продакшен, надо года два обивать пороги Кабмина. Мы наработали пакет изменений, отдали его продакшенам, чтобы продавливать с двух сторон. Это же будет вин-вин: мы дадим деньги на рынок и получим качественный контент, который и поможет поднять долю.

Сергей Моргунов / «Бабель»

Главные тезисы релонча «UA: Перший»

  • Зрители мало знают о канале и нелояльны к нему.

  • «UA: Перший» должен стать качественной альтернативой коммерческим каналам.

  • У канала должен вырасти рейтинг, появиться новая аудитория и повыситься лояльность существующей.

  • Целевая аудитория — люди здравого смысла, которые пытаются «иметь собственное мнение».

  • Сверхидея и цель — быть источником уверенности и доверия и стать неотъемлемой частью каждого украинца.

  • Tone of voice бренда — дружественный, без пафоса и нравоучений.

  • Демография целевой аудитории — мужчины и женщины 35+; доход ниже среднего, средний и выше среднего; жители городов центральной и западной Украины; образование среднее специальное и высшее; разделяют западные ценности и идею евроинтеграции.

У вас была идея — релонч. Год назад Зураб нам в красках его расписывал. Делали-делали релонч и теперь решили от него отказаться. Как так получилось?

Пока эта история поставлена на паузу. Почему? Мы получили результаты двух серьезных исследований, и они говорят, что наш зритель не готов к релончу. То есть, зрители просто уйдут, а новых мы еще не подберем.

А что должно было входить в релонч, что так отпугнуло бы зрителей?

Это по сути смена одежды, смена названия канала. Но у нас есть очень большие трудности с наружной рекламной кампанией, с продвижением. Просто переназвать канал и больше ничего не поменять — это немножко не то, поэтому мы пока остановили процесс.

Регионы

Сейчас в правлении ты отвечаешь за регионы. Тебе не кажется, что там все отстает: передачи и команды слабее. Еще кажется, что регионы очень обижаются на центр, митинги устраивают, а центр не обращает внимания на то, что они там хотят и делают. Между вами недопонимание. Ситуация меняется?

Сегодня коммуникации между Киевом и регионами достаточно эффективны. Тем более, ресурсы, которые мы сейчас вкладываем в регионы, увеличились. Раньше это было два миллиона гривен, теперь 36 миллионов. Плюс с новостями отлаженная история, диджитал расширяется. Бывает, что-то кто-то недопонял, кого-то переспросил и что-то сделал по-другому, но это для большой корпорации вполне нормально. Но например, большая посещаемость сайта — это синергия всех филиалов. Каждая команда, в каждом регионе делает свой вклад, и в итоге мы получаем хороший результат. Хочу, чтобы мы в этом направлении и продолжали идти.

У вас были проблемы с донбасским филиалом. Сейчас его бывший менеджер Андрей Шаповалов судится с «Суспільним» после своего увольнения. Вы вкладываете в филиал деньги, а охват у него такой же, как у нового телеканала «Дом», ― 3,5 зрителя.

Сейчас немножко обидно стало.

Ну, правда. Ты приезжаешь, например, в Станицу — там ловит «Новороссия ТВ», но при этом не показывают украинские каналы. Это же и ваша ответственность, что вы ничего не сделали на донбасском филиале и он плохой?

Тут две проблемы. Первая: вещание каналов там — это уже история про технологию и про государственную политику. Там нужно глушилки ставить, частоты брать. Мы никогда там не отказывались ни по радио, ни по телику заходить на какие-то новые мультиплексы, чтобы максимально быть доступными для зрителей. Что касается контентной составляющей, то ресурсов в донбасский филиал мы вкладываем больше, чем в другие, это правда. Надо ли еще больше? Надо. Контентно ребята на месте знают лучше. Там есть продюсер, есть шефреды, если у них есть какие-то идеи — конечно, мы их поддерживаем. Плюс филиал трясло: когда уходил Шаповалов, то забрал часть людей. И суды тоже мешают.

А у тебя есть какой-то филиал, которым ты прямо гордишься? Только не называй свои родные Сумы.

Мне нравится, как работает львовский филиал, черниговский, «Буковина». Сейчас таких намного больше, чем было в 2017 году. Конечно же, ребят во многих филиалах надо подтягивать. Кого-то в новостях, кого-то в радио, кого-то в работе с аутсорсом. Но динамика положительная с хорошим темпом.

Сергей Моргунов / «Бабель»

Деньги

О проблемах центрального офиса. В какой-то момент из компании ушли несколько ключевых топов. Члены правления Роман Винтонив и Александра Кольцова, программный директор Даша Юровская. Что случилось?

Пришло понимание, что надо что-то менять, и каждый выбирал, куда идти. Ушли не только Саша и Рома, но и Родион, член правления по финансам. Это нормальный процесс, когда надо все переформатировать. У нас все в порядке, мы продолжаем сотрудничать с тем же «Телебаченням Торонто».

Мне казалось, что это, в том числе, из-за проблем с финансированием. Вы второй год получаете деньги в полном объеме?

Нет. В прошлом году у нас было финансирование 1,5 миллиарда гривен. Сначала дали 1,7 миллиарда, потом урезали. Но учти, что в эти 1,5 миллиарда входил долг перед EuroNews — 350 миллионов. У нас был бюджет на уровне 60 процентов от потребностей. В этом году, формально, мы получили 2,2 миллиарда, но 400 миллионов из них лежат на спецфонде. Я пока не понимаю, как он работает, и что нужно, чтобы спецфонд их дал. В государстве просто нет отлаженного механизма работы этого фонда. Например, в феврале из фонда должно было прийти 48 миллионов гривен, а в марте еще 40 миллионов. Пока нам пришло только 10,8 миллиона. И все равно — это классно, ведь никто не рассчитывал на них, а они пришли. Успеем теперь купить какое-то оборудование для Олимпиады.

Да, это не 2018 год, когда всей компании дали 780 миллионов гривен. Кстати, полного финансирования нет, но правление и Зураб выписывают себе премии.

Правление не выписывает себе премии. Их выставляет наблюдательный совет.

Ты хочешь сказать, что члены набсовета сами по себе говорят: «Давайте выпишем правлению премию»?

Во-первых, у нас поменялась система заработной платы. В сентябре 2019 года нам изменили контракты. У нас есть оклад плюс три процента бонуса дохода от рекламы.

Какой оклад у членов правления?

С налогами 98 тысяч гривен. Все дальнейшие доплаты в руках набсовета. На моей памяти, они в 2020 году дали годовые премии правлению. Там было от двух до четырех окладов. Но я напомню, что с апреля по октябрь правительство ограничило выплаты топам. То есть правление получало по 47 600 гривен «грязными». Премии нам компенсировали ту часть, которую мы недополучили.

А у главы правления больше зарплата, чем у обычного члена?

Да, оклад 118 тысяч гривен.

Про обычных сотрудников. Ты можешь сказать, что у вас рыночные зарплаты?

Нет, не везде, конечно. Я бы хотел сказать тебе да, но так сказать не могу. Мы отстаем по некоторым позициям.

Ведущие сколько получают?

По-моему, вилка оплаты идет от 20 до 40 тысяч. Это то, что будет сейчас.

Ты можешь сказать, что топы компании не «мутят» деньги? Я знаю истории, когда сотрудники вводят свои ФОПы в тендеры компании, например, по закупке техники.

Процентов на 99 я уверен, что нет, не «мутят». Если что-то всплывет, этих людей уволят и передадут в надежные руки других органов. Я не хочу, чтобы относительно добропорядочности этой компании была хоть капля какого-то сомнения.

Сергей Моргунов / «Бабель»

Проекты

Расскажи про NewsHouse. Я про него слышу уже года четыре и все никак не увижу. Так долго строить могли только китайские императоры.

Я очень надеюсь, что в октябре NewsHouse доделают, и новостники уже переедут в него и будут работать.

А как это будет выглядеть? Сотрудники переедут туда, где сейчас радио — в офис на Крещатике?

Да, на Крещатик, 26. Это бывшая сгоревшая телевизионная студия. В ней мы делаем большое помещение для ньюсрума. Это будет крутой ньюсрум.

А кто его должен возглавить?

В октябре и будем решать совместно с Татьяной Кисельчук и другими членами правления.

Как у возможного будущего главы у тебя уже есть проекты, вроде NewsHouse?

Мы хотим продолжить донорский проект по регионам. Он называется «Регионализация «Суспільного». У нас были пилоты этого проекта: Львов, Ровно, Ивано-Франковск и Харьков. Мы купили новую технику, обучали мобильной журналистике. Теперь хотим развернуть с четырех регионов на все остальные. Второй проект — шведский, это трансформация внутренней культуры. И я на него возлагаю даже больше надежд, компания должна меняться. Еще есть большой американский грант, там очень много техники, которая даст возможность сделать так, чтобы во время эфира работник студии перестал держать зубами провода.

Держать зубами провода — корпоративная культура «UA: Першого».

Это сложная история. Есть проблемы с корпоративной культурой. Нельзя, чтобы люди работали по тридцать лет на государственном телевидении, а послезавтра все стали другими — так не бывает. Это длительный процесс изменений, обучения, имплементации ценностей.

Конкурс на пост главы правления

  • Первого апреля в 16:00 завершилась подача документов на конкурс. Одним из претендентов был заместитель главы Офиса президента Юрий Костюк. Но он не успел и подал документы в 16:07.

  • Всего в конкурсе участвуют 15 кандидатов. Среди них бывший менеджер донбасского филиала Андрей Шаповалов, электрик из центральной дирекции Александр Коваленко, бывший генеральный директор канала «Тонис» Александр Бутко.  

  • Конкурс планируют провести до 1 мая, а нового председателя НОТУ изберут на четыре года. До 1 января 2022 года его должностной оклад составит 118 тысяч гривен.

Конкурс

Кандидаты, которые подались на пост главы правления, выглядят так, будто конкурс делали под тебя.

Кандидатов подбирали под меня? Серьезно? Как ты это себе представляешь? Нет. Мы тратим усилия и ресурсы на подготовку, на разработку нашей программы вместе с командой. Полтора года назад я пошел учиться на МВА, сейчас заканчиваю. У меня 17 апреля защита диплома. Я должен быть эффективным, если меня выберут. Наблюдательный совет может выбрать кого-то другого.

Какая роль Зураба после твоей потенциальной победы в конкурсе?

Опыт и поддержка Зураба компании еще нужны. Мой вес вне компании и вес Зураба вне компании — это две разные вещи. Я бы хотел, чтобы Зураб какое-то время еще поддерживал, и мы продолжали работать. Его поддержка важна и для меня, и для компании, и для команды.

Это неформальная поддержка или формальная? В штате ведь нет должности «Зураб — поддерживает компанию». Вы с ним говорили на эту тему?

Мы говорили, но не закончили. Я его понимаю прекрасно, он семь лет провел в этом «счастье». Человеку надо просто отдохнуть и выдохнуть.

Сергей Моргунов / «Бабель»